Сергей Доренко, журналист: "Борису меньше чем целого мира было мало. Он не мог примириться с редукцией мира и массовым предательством всех, кто рядом. Не странно, что Борис разочаровался во всех окружающих на фоне неудач, ведь он был самым худшим кадровиком на планете Земля. Лучшее, что было у нас с Березовским, — это упоительные, часами, обсуждения математических законов в их прикладном применении к жизни.Борис верил в яростную энергию экспансии и в интеллектуальную дерзость за гранью, а не задалось, мир устал от приключений и стал его гасить".
Александр Добровинский, адвокат: "Только что позвонили из Лондона. Борис Абрамович Березовский покончил с собой... Сложный был человек. Жест отчаяния? Невозможность жить бедным? Серия ударов? Боюсь, что уже никто не узнает правды..."
Юрий Сапрыкин, журналист, шеф-редактор объединенной компании "Рамблер-Афиша": "Кстати, ведь правда — умер основатель "Нашего радио".
Алексей Венедиктов, главный редактор "Эха Москвы": "Жалко, что недоспорили с БАБом... Он до последнего времени был абсолютно фантастический собеседник, также фантастически ошибался в людях. Его ошибки были всегда ослепительны. Последний раз разговаривал с ним лицом к лицу года три назад и яростно ругались по поводу 2000 года. Нашли о чем..."
Владимир Варфоломеев, заместитель главного редактора "Эха Москвы": "Березовский — фигура демоническая сама по себе, но и демонизированная друзьями и врагами. И, конечно, один из настоящих символов 90-х".
Ксения Ларина, обозреватель радиостанции "Эхо Москвы": "Я в шоке просто. От смерти Березовского. Я не была с ним лично знакома, разговаривала лишь по телефону в эфире, и признаюсь — его колдовскую харизму ощутила на себе в эти минуты. Но дело не в этом. Что-то было в этом человеке сильное, мощное, стихийное. И вот Сашу Литвиненко как он защищал. И как раскаивался в своей ставке на Путина. Я почему-то была уверена, что он вернется, что он еще сыграет свою партию в российской политике... Какой неожиданный финал. Поразительно".
Сергей Пархоменко, издатель, журналист: "В самоубийсто Березовского мне поверить трудно. Невозможно. Однажды мы с ним заговорили — как-то случайно разговор вырулил на эту странную тему — о здоровье и болезнях. Он мне сказал: "Мое здоровье — это еще одно мое оружие. Кто первый умер — тот и проиграл. Я все время выигрываю..." Это в нем очень сильно сидело. В последний раз я его видел ровно год назад. Не похож он был на потенциального самоубийцу. Совсем".
Сергей Удальцов, координатор Левого фронта: "Всегда было убеждение, что Березовский умрет не своей смертью..."
Иосиф Пригожин, продюсер: "Борис Березовский, может, и умер, а Платон Еленин жив?"
Владимир Соловьев, телеведущий: "Самоубийство Березовского — печальный и, увы, логичный конец его извилистого жизненного пути".
Александр Архангельский, литературовед, публицист, телеведущий: "Умер Борис Березовский. Что бы мы про него ни думали (а в день смерти либо хорошо, либо никак), он был ключевой фигурой ушедшей эпохи. Эпохи исторической, авантюрной, смелой, подлой, масштабной, мелочной и безоглядной. Про таких людей при жизни говорят раздраженно, а после смерти пишут книги и снимают кино. Грандиозный плутовской роман окончен".
Александр Хинштейн, депутат Госдумы: "Березовского больше нет. Жизнь сама расставляет все по своим местам".
Николай Усков, президент медиа-группы "Живи!": "Борис Абрамович и смерть совсем не вяжутся. Он жил на полную катушку даже в самых хреновых обстоятельствах. И не думаю, что это самоубийство".
