Цитата:от:Дм. Гордеев
Сжигание еретиков - разумеется недопустимо в сегодняшнем мире. И если кто так станет поступать сегодня - это однозначно преступление. Но что до средних веков - а тогда встаёт вопрос, а что тогда было правильным? Если это было неправильно - то как тогда было правильно?Подробнее
Как что?
Семь правил (заповедей) Ноаха
Не убивай.
Не кради.
Не прелюбодействуй
Не ешь отрезанного от живого (в том числе мяса с кровью).
Не поклоняйся идолам.
Не богохульствуй.
Устрой суды для разбора взаимных претензий.
Это всё у них УЖЕ было.
Я вообще не понимаю, Вы их оправдываете - инквизиторов с нацистами?
Мда.
Возвращаясь к Лютеру и Европе:
"Протестантство оказало самое благое влияние, способствуя той чистоте нравов и той строгости в исполнении долга, которую мы обычно называем моралью", - свидетельствует Гейне. Ницше же видит негативные последствия лютеровской Реформации в обмелении европейского духа. "Одобродушивание (Vergutmьtigung) изрядно продвинулось вперёд", но оборотной стороной этого одобродушивания стало плебейство духа, по мнению философа.
Внутренней свободе, о которой Лютер говорил поначалу, он с годами противопоставил непоколебимый порядок вещей, установленный в мире Богом. Долг послушания выходит на первый план, христианин должен быть покорным и преданным подданным. В обмен на заповеди блаженства и царства Господа внутри человека Реформатор внушал немцам безусловную покорность государю, существующим законам, соблюдение порядка. Позиция Лютера однозначна: народ нужно держать в узде. Вот откуда растет знаменитый немецкий Ordnung! Бунтовщик превращается в апостола послушания, повиновения, покорности. Со времен Лютера послушание стало национальной добродетелью: от правителей к пасторам, от пасторов к пастве существует неразрывная связь. Дух Реформации радикально повлиял на образ жизни и образ мысли немцев.
Проходит 250 лет, и великий немецкий философ Иммануил Кант записывает: "Среди всех цивилизованных народов немцы легче и проще всех поддаются управлению; они противники новшеств и сопротивления установленному порядку вещей".
Французская писательница мадам де Сталь, хотя и была настроена пронемецки, тоже писала, что "современные немцы лишены того, что можно назвать силой характера. Как частные лица, отцы семейства, администраторы, они обладают добродетелью и цельностью натуры, но их непринужденная и искренняя готовность служить власти ранит сердце..." Она говорила об их "почтении к власти и умилении страхом, превращающим это почтение в восхищение". Почтение к власти, переходящее в восхищение - сказано метко и сильно. Тот, кто читал роман Генриха Манна "Верноподданный", поймёт, что имела в виду французская писательница. Она подметила эту черту - верноподданичество - в начале ХIХ века. Генрих Манн написал роман в 1914 году, т.е. спустя столетие. Как видите, лютеровский завет продолжал действовать.
Никто не может сравниться с ним по степени воздействия на чувства и сознание немцев. Ни одна личность не оставила в Германии столь глубокого следа, как он. Причём любопытно, что с течением времени это влияние еще больше возрастало. Если верить Томасу Манну, а у нас нет основания не доверять ему, немецкая интеллигенция вплоть до первой мировой войны воспитывалась на Лютере. Как у всякой медали, и у этой оказалось две стороны. В условиях нацизма удушающие требования подчинения, долга связали руки значительной части немецкой культурной элиты. Один человек оставил на века свою печать на народе, но какой это был человек! За все приходится платить. И немцы заплатили, но от Лютера не отреклись".
http://www.vestnik.com/issues/2002/1127/win/ionkis.htm
