"Горе" Бальтерманца с впечатанным небом, конечно, не является аутентичной фотографией: и в качестве вещественного доказательства зверств фашистов может быть отвергнута судом. Причем, если бы Бальтерманц и редакция газеты скрывали факт монтажа, - все равно, любой эксперт заметил бы несуразность изображения: в тот день весны 42-го, когда только-только сошел снег, небо над Керчью было безоблачным, да и, вообще, такие грозовые облака бывают летом, а не ранней весной. Если бы по этому снимку метеорологи изучали климат 42-го, то были бы, возможно, сильно удивлены природной аномалией: летние облака весной! Для метеорологов снимок Бальтерманца не является документальным. А вот для большинства остальных зрителей "Горе" Бальтерманца - замечательный документ войны. Это доказывает, что, во-первых, "аутентичность" и "документальность" - разные понятия, а во-вторых, что "документальность" - понятие, зависящее от субъекта. "Аутентичность" означает, что снимок сделан неразумным автоматом, не рассуждающим, что из попавшего в поле кадра снимать, а что - нет, и не думающего, как именно нужно снимать, то, что предстоит снять. Все лучи света, прошедшие через объектив, равноправно фиксируются на пленке. Вот слайд - аутентичный снимок. Аутентичность цифровой фотографии весьма спорна, потому что алгоритм обработки данных произволен. При печати с негатива человек может подвергнуть изображение обработке: что-то выделить тоном, что-то скрыть и т.п., - аутентичность, конечно, теряется потому, что фотография получает дополнительные коннотации, отсутствующие в исходном изображении. Коннотации призваны придать снимку дополнительные смыслы. Так, равнодушо-пустое белесое небо над убитыми под Керчью не устраивало Бальтерманца, он, возможно, хотел, чтобы небо "дышало гневом", "призывало к отмщению" за убитых... А небо равнодушно взирало на человеческое горе... Со стороны автора впечатывание грозных туч было актом коннотирования, придания снимку дополнительного содержания.
Таким образом, нужно четко разделять два понятия: "аутентичность фотографии" - понятие, отражающее механическую, машинную сущность процесса фотографирования, а "документальность снимка" - чисто культурное понятие, объем которого зависит от состава зрительской аудитории.
Таким образом, какие снимки признается "документальными", а какие - нет, каждый раз культурно-исторически обусловлено. Ретушированные снимки безнадежно больного Ленина в советское время признавались документом эпохи (Ленин просто не мог быть иным), а теперь - это фальшивый монтаж, свидетельствующий только о необъективности истории в тоталитарном государстве. Поэтому вопрос: "что можно менять на снимке, не потеряв его документальность", следует предварить другим: "является ли вообще этот снимок документальным? " Ибо не каждая аутентичная фотография – документ эпохи :)