Цитата из Эхо Москвы:
К. ЛАРИНА – Следующая тема для обсуждения в студии и с вами в том числе – акция «Раскрась сам», мне очень понравилось это остроумное название, придуманное видимо, в Интернете. С 4 по 8 мая канал «Россия» покажет раскрашенную версию «Семнадцати мгновений весны». Я сейчас процитирую по СМИ, передо мной распечатка лежит: по заказу телеканала «Россия» под руководством Александра Любимого над новой версией в течение трех лет работали 600 человек в 5 странах. Создатель черно-белого оригинала Татьяна Лиознова одобрила идею. И приняла участие в российской части проекта. Она же консультировала все цветопробы. По мнению Любимого дух стильного черно-белого фильма удалось сохранить, переведя изображение в цвет. При этом были исправлены исторические логические ошибки, обнаруженные в оригинальной версии. То есть даже внесены некоторые поправки. Вы понимаете, что это событие пока на уровне анонсов, стало самым обсуждаемым событием среди телезрителей, в том числе в наших эфирных «Разворотах». Прежде чем начать наш спор и в студии с нашими слушателями, я тянула время, пока вызванивали по телефону Александра Любимова, Саша, добрый день. Здравствуйте.
А. ЛЮБИМОВ - Здравствуйте.
К. ЛАРИНА – Хотим мы вас спросить главное, все-таки мотивацию, для чего это было сделано. Пожалуйста, нам скажите. И второй вопрос, на ваш взгляд как зрителя, который первый зритель этой версии, насколько сильно она изменилась как художественное произведение.
А. ЛЮБИМОВ – Что касается для чего, то сам замечательный сериал все реже идет по телевизору. То есть на дециметровых каналах или редко очень на федеральных, но в хорошее время его не ставят. За исключением того, что техническое его качество соответствует тому, когда телевидение было черно-белым, то была другая запись звука и так далее. И для новых поколений все больше любимые персонажи становятся героями анекдотов, рингтоном в телефоне. Но полноценно прикоснуться к этому они не могут, потому что современный мир к счастью такой яркий и красивый их уже избаловал, и смотреть в таком качестве кажется невозможным или кажется слишком далеким и мало интересным, чтобы следить за развитием драмы героев. Это мы и изложили и Татьяне Михайловне. Что сериал сильно перерос и его авторов, став народным абсолютно, и чтобы дать ему вечную, не вечную, но жизнь на многие века, предложили пересканировать, отреставрировать. Провести реставрацию звука и колоризовать его в стиле той эпохи с характерными приглушенными тонами, поэтому сразу ответ на ваш второй вопрос. Я думаю, как человек войдет в это ощущение, почувствует, что то же самое, но ближе становится ему. Эти герои становятся ближе. Герои второго плана становятся ярче. Он забудет, что была черно-белая версия. По крайней мере фокус-групп, когда мы проводили, у людей не вызывает такой реакции. Прежде всего, сама Лиознова, мы ей показывали, с ней прорабатывали, по-моему, все довольны. Даже актеры, которые пришли на презентацию третьего дня, в кинотеатре мы показывали, что рискованно для этого продукта, в целом остались очень довольны. Для меня это было важно, конечно.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Здравствуйте, Саша. Скажите, по поводу того, что исправлены исторические ошибки. Что это за исторические ошибки, и главное как они исправляются. Если ничего лишнего не снимается. Что-то там было вырезано что ли?
А. ЛЮБИМОВ – Что вы имеете в виду?
К. ЛАРИНА – Я цитирую какое-то агентство, они пишут: по мнению Любимого дух стильного черно-белого фильма удалось сохранить, переведя изображение в цвет, при этом были исправлены исторические и логические ошибки, обнаруженные в оригинальной версии.
А. ЛЮБИМОВ – Это перебор немножко. Ошибки имеется в виду, что в черно-белом варианте некоторые вещи не нужно учитывать, а если переводится в цвет, то нужно учитывать. Условно говоря, реплика: «вас ждет человек в зеленом пальто». Или в синем пальто, я уже запутался. На съемочной площадке присутствовал человек, это показывает компьютер по концентрации серого в этом сегменте…
К. ЛАРИНА – А его не видно.
А. ЛЮБИМОВ – Нет, он есть, но он снят в зеленом пальто. Если поручить машине это все переколоризовать, то будет человек в зеленом пальто, а человеку, идущему на эту встречу, говорят, что он будет в синем.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Но серий осталось столько же?
А. ЛЮБИМОВ – Да, конечно, все то же самое.
К. ЛАРИНА – Саша, и теперь вопрос, который и обсуждается больше всего. Значит ли это, что в принципе нужно покрасить все черно-белые фильмы, все истории советского кинематографа, поскольку все-таки на мировое кино мы не потянем, у нас столько денег нет, а вот советское кино имеет право на раскрашивание.
А. ЛЮБИМОВ – Это вопрос решается, даже не знаю, как сказать. По-моему, его так нельзя ставить. Потому что есть кино, которое снималось специально…
К. ЛАРИНА – Это самое главное.
А. ЛЮБИМОВ - Которое специально снималось, чтобы оно было черно-белым. Ведь свет на площадках ставится по-разному. Даже есть современное кино, братья Коэн недавно сняли черно-белую ленту, специально 50-60 годов Франция. Стиль определенный кино.
К. ЛАРИНА – Когда это стилизация.
А. ЛЮБИМОВ – Да, такое артхаусное кино, оно конечно не массовое. Оно для определенной публики, но оно существует, и сегодня и будет существовать всегда. Когда речь идет о вещах, которые переросли своих создателей, в частности тот сериал, о котором мы говорим, плюс в данном случае вообще речь идет о телевидении. Что касается другого, я думаю, по желанию авторов. Я прочел где-то, что Данелия был бы рад. Я попросил своих товарищей, позвоните выдающемуся мастеру, почему мы нам ни сделать «Берегись автомобиля» если он, Никита Михалков, остальные не будут против.
К. ЛАРИНА – «Берегись автомобиля» это Рязанов.
А. ЛЮБИМОВ – Прошу прощения, «Я шагаю по Москве». А вспомнил, потому что он тоже хочет перекрасить «Берегись автомобиля», насколько я слышал.
К. ЛАРИНА – Это интересно. Новая страница истории абсолютно в нашем телевидении. И последний вопрос к вам. А на соседнем канале покрасили «В бой идут одни старики», это кино было снято как черно-белое в эпоху кино цветного.
А. ЛЮБИМОВ – Это тоже 70-е начало. И я видел этот продукт, нам тоже его предлагали. Но мы отказались.
К. ЛАРИНА – Понятно. Спасибо большое.
А. ЛЮБИМОВ – «Касабланка» мне, например, не очень.
К. ЛАРИНА – Но американцы это давно делают.
А. ЛЮБИМОВ – Она стала немножко гламурная. Вообще тут проблема не перейти в лубок, сохранить ощущение эпохи. Соблазн любого дизайнера сделать это ярко и красиво. Нельзя этого делать. Я пришел как-то в Успенский собор после реставрации, я был потрясен, мне, честно говоря, не понравились иконы отреставрированные. Для меня они стали как какие-то комиксы. Потом я привык, конечно, но сначала, честно говоря…, но потом я стал себя уговаривать, ну ведь при жизни они были такими иконы. Но тут совсем другая история, я просто про шокирующий эффект, который у меня был.
К. ЛАРИНА – Спасибо большое, будем смотреть и обсуждать уже потом, когда посмотрим. Благодарим вас за то, что согласились прокомментировать то, что мы обсуждаем. Это Александр Любимов. Ну что, Ира.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Во-первых, конечно, надо смотреть, чтобы это обсуждать, уже имея в руках, глазах этот материал. Пока скажу по своему ощущению из того, что я видела, у меня какое-то ощущение, что то же советское кино, но сделанное на пленке Шосткинского комбината, ощущение некоторой с одной стороны и цвет есть, и некоторой затертости. Честно про себя скажу, столько возможностей снимать всякое новое кино, делать всякие римейки…
К. ЛАРИНА – Так так не могут!
И. ПЕТРОВСКАЯ - О том тебе и речь. Не то чтобы сериал «Семнадцать мгновений весны» какой-то немыслимый, невероятный шедевр. Но по-своему это какой-то знаковый сериал, один из первых таких больших сериалов, один из первых, в котором появились немцы, фашисты, не похожие на монстров злобных и уродов, а похожие на людей все-таки. И это было одним, во всяком случае, в то время трактовалось как даже некоторая идеологическая диверсия.
К. ЛАРИНА – Так сейчас они еще больше будут похожи на людей.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Но правда, как бы они ни были похожи на людей, как на сочинских и прочих разных курортах люди совали в цветное изображение свою голову.
К. ЛАРИНА – Это те же актеры.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Пожалуйста, вот у меня такое ощущение есть.
К. ЛАРИНА – Не трожьте святое.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Нет, в данном случае речь не о святости. А о том, что создано произведение. У него есть определенная эстетика. Эта эстетика связана с черно-белым изображением. Я не думаю, что Татьяна Михайловна Лиознова, большой мастер не принимала во внимание эту именно эстетику. Когда мастерски переходит из игровых эпизодов черно-белых в черно-белую же хронику, когда документы, пусть даже нереальные…
К. ЛАРИНА – Ну короче, ты против.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Я должна это посмотреть, как выглядит в реальности. Но согласна с тем, как эту акцию назвали «Раскрась сам». Я очень сама в детстве любила раскраски, и часто были книжки, полиграфическим способом профессионально изданные какая-то картинка с нормальной краской. А рядом ты должен был это воспроизвести. Вот как ты ни старался, ну никак не получалось.
К. ЛАРИНА – То, что говорил Саша. Я принимаю его мотивацию…
И. ПЕТРОВСКАЯ - Кустарность здесь проявлялась.
К. ЛАРИНА – Про это он сейчас тебе говорил. Что его личное ощущение, допустим, от покрашенной «Касабланки». Ощущение лубка. Я тут не согласна, мне нравится цветная версия.
И. ПЕТРОВСКАЯ - А у меня абсолютно то же самое ощущение.
К. ЛАРИНА – Но здесь вопрос в подходе. Здесь действительно не раскрашиваем, не рисуем красные губы Штирлицу и голубые глаза, здесь просто восстановление цвета как если бы было, если бы они были цветные. То, что я вижу пока идет в анонсах, у меня не вызывает никакого раздражения. Никакого лубка я там не заметила. Ты говоришь, что это Шосткинский комбинат. Ну да. Действительно появился цвет. Вот сейчас ты слышала мнение нашей коллеги, когда ребенок ее увидел в цвете и сказал: ага, теперь это можно смотреть. Как увеличить аудиторию, продлить, пусть и искусственно, конечно, я понимаю, что в этом есть патологоанатомическое, безусловно, искусство гримера, который возвращает к жизни мертвые лица. Но продлить искусственно пусть таким способом жизнь телевизионного фильма всего лишь, а не Венеры Милосской, как говорили мои коллеги, давайте еще руки приделаем Венере. Это же не Венера и не Давид. И даже не какая-нибудь картина. Это хорошее качественное кино. Которое хочется, чтобы его видели не только мы, оставшиеся из той эпохи, но и те, кто эту эпоху не застал, для которых это история. Пусть посмотрят. Ничего страшного в этом нет. Лишь бы ту не уничтожали, не смывали версию. Чтобы их было две.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Я не согласна с тем, что это можно назвать уже чем-то умершим, отмершим, отжившим. Что никто не будет смотреть. Всегда смотрели на все праздники, какой-нибудь канал да показывает это подряд нон-стоп.
К. ЛАРИНА – Нужно, чтобы молодежь смотрела. Что же будут опять одни и те же смотреть, которые наизусть знают.
И. ПЕТРОВСКАЯ - И молодежь будет смотреть. В истории кино огромное количество фильмов, снятых в черно-белом варианте. Мы сейчас тоже на эту ему шутили, есть, например немое кино. Наверное, современные технологии позволят вложить…
К. ЛАРИНА – Озвучить «Броненосца Потемкина» я была бы счастлива. Мне кажется, это было бы очень интересно.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Сергей Эйзенштейн сделал попытку что-то раскрасить.
К. ЛАРИНА – Флажок. Но это эстетика, художественный замысел
И. ПЕТРОВСКАЯ - Я представила. А сейчас взять и это все покрасить.
К. ЛАРИНА – Но есть замысел, о чем говорил Любимов. Творческий. Покрасить фильмы Германа невозможно, да и не нужно. А вот покрасить «Чапаева», обновить его, почему бы нет. Пусть будет цветной. Пусть будет Урал-река темно-синие воды. Пусть будут красные флаги, кровь. Анка с голубыми глазами. Блондинка роскошная.
И. ПЕТРОВСКАЯ - У меня идея, а в конце он не тонет, а выходит на берег.
К. ЛАРИНА – Тоже как вариант вполне возможно. Но это уже постмодернизм. Другое искусство.
И. ПЕТРОВСКАЯ - Давайте так делать, так подходить к истории кино. Для меня все равно есть история кино, в этой истории есть огромный пласт шедевров, есть фильмы Хуциева черно-белые…
К. ЛАРИНА – Тебе же сказал, Данелия хочет покрасить «Я шагаю по Москве».
И. ПЕТРОВСКАЯ - Может быть, покрасит, может быть, кто-то из авторов хочет. Но дело в том, что есть огромное обаяние этих фильмов еще и в том, что они черно-белые. «Летят журавли», например, что он становится от этого хуже, менее смотрибельный, эмоциональный.
К. ЛАРИНА – Это другой уровень кино. Это действительно шедевр киноискусства. Давай такими апеллировать терминами. Это шедевр. Как и допустим, фильм Марлена Хуциева «Застава Ильича». Хотя я не исключаю, что тот же Марлен Хуциев был бы не против, если бы такое жанровое кино перевели в цветную версию.
И. ПЕТРОВСКАЯ - А я, например, сомневаюсь, что он бы захотел. Но по той логике, которой сейчас ты оперируешь, что молодые люди не хотят и не смогут это смотреть именно потому, что они привыкли к яркому. Им уже хочется цветного, они точно также не захотят смотреть «Летят журавли» и никто их не убедит, что это шедевр, если они в принципе не воспринимают эту эстетику. И я бы в этой ситуации честно сказала: ну и бог с ними, с этими молодыми людьми, те, которые в состоянии понять, что перед ними шедевр, кино независимо от того, что оно черно-белое или цветное, они сами добавят этого цвета, у них воображение работает.
К. ЛАРИНА – А мне нравится эта идея, мне кажется это интересно. Я уверена, это продлит жизнь, увеличит аудиторию, безусловно. Что появятся новые зрители, которые посмотрят. И придаст какую-то свежеть этой работе. Ну, сколько можно ее смотреть одно и то же, уже наизусть знаешь. А здесь будет новое ощущение новизны, свежести.
И. ПЕТРОВСКАЯ - В этом же и есть определенная магия.
К. ЛАРИНА – Герань на подоконнике будет геранью. Горшок.
И. ПЕТРОВСКАЯ - И фикусом. Будет горшок абсолютно точно.
К. ЛАРИНА – И путешествие по Женеве, куда там приехал Плейшнер. Ведь там это ощущение свободы…
И. ПЕТРОВСКАЯ - В Берн.
К. ЛАРИНА – Оно будет передано, я в этом уверена, будет голубое небо, яркое солнце, прекрасные жирафы и слоны.
И. ПЕТРОВСКАЯ - И цветок.
К. ЛАРИНА – И счастье в зоопарке будет абсолютно светлым и чистым и цветным.
И. ПЕТРОВСКАЯ – И, наконец, профессор Плейшнер заметит, что явка провалена, потому что цветок…
К. ЛАРИНА – Ярким пятном…
И. ПЕТРОВСКАЯ - …на этом окне так, что он просто не пойдет туда и останется живым. С такой версией, пожалуй, согласилась, чтобы все остались в живых. И чтобы у всех было все хорошо. Но так тоже не бывает.