Цитата:от:Benny
Нахрена плодить базу вещдоков
Как в том анекдоте
Совершено ограбление ювелирного в присутствии группы японских туристов
Полиции предстоит тяжелейшая работа по отбору вещдоков среди 30 тысяч фотографий, сделанных японцами
Шютка
А в реале - возьмем простое дело о взятках Даймлер-Бенц сотрудникам аппарата президента. Вещдоки есть. Доказательства есть. Имена есть. Посадок - нету.
Патамушта такой задачи не стоИт. Стоит задача затянуть дело за 2013й год, чтобы успешно закрыть дело по истечении. Зато дело о кировлесе переоткрывают каждый квартал. АгаПодробнее
бороться с российской коррупцией, они давно бы уже начали расследование по отмыванию денег в отношении российских чиновников.
А. КОХ: Они – это в данном случае американские власти.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хотя бы на основании той информации, которую легально имеют от «Даймлер Бенц». Я посмотрела все эти материалы, более того, я их помню. Скажите, пожалуйста, почему этого не произошло, на ваш взгляд? Ведь было отправлено представление прокуратуре, насколько я помню.
А. КОХ: Меня этот вопрос волнует в более глобальном смысле. Дело в том, что по американскому законодательству – это целая совокупность нормативных актов и законов о борьбе с отмыванием денег, – они могут сами начать расследование даже в отношении не граждан США в том случае, если у них есть подозрение, что они отмывают деньги, используя какие-то американские финансовые или юридические структуры. И поэтому, имея на руках эту информацию, которую им передал «Даймлер Бенц»… Вы знаете, что несколько лет назад была разоблачена компания «Даймлер Бенц» в США, что она подкупала неких должностных лиц с тем, чтобы они покупали у них автомобили. И суд заключил соглашение с «Даймлер Бенц», который согласился заплатить штраф…
Н. БОЛТЯНСКАЯ: 185 миллионов, если не ошибаюсь.
А. КОХ: В обмен на то, что те расскажет о коррупции, которую они осуществляли по всему миру. В том числе были переданы данные о российских чиновниках на эту тему. Насколько я помню, речь шла о чиновниках из управления делами президента, из ФСО, из МВД, по-моему. Американцы передали эту информацию нам. Здесь не нужно сомневаться – наша прокуратура на это никак не отреагировала. Но почему американцы сами не начали расследование? Закон американский требует этого.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Можно я вам этот вопрос адресую?
А. КОХ: Почему мне? Я же не американец. Вместо этого принимаются такие глупые законы, как «закон Магнитского». Кому он нужен? Что он добавляет? Ничего не понятно.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Объясните тогда, пожалуйста, ваш взгляд на ситуацию.
А. КОХ: Мне кажется, они не хотят расследовать дела о коррупции в российской власти.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Почему?
А. КОХ: А зачем им это нужно? Зачем им этот скандал?
Н. БОЛТЯНСКАЯ: А «закон Магнитского» – то не скандал?
А. КОХ: Нет. Они прекрасно знают, что он абсолютно безвреден и при этом имеет чрезвычайно громкий общественный резонанс. Поэтому он ничего не добавляет американцам. Более того, их следственные органы не подвигает к тому, чтобы заниматься расследованием, поиском имущества этих лиц, их счетов и так далее, потому что они все находятся не в американских банках и не на американской территории.
..........................
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Смотрите, Дмитрий задает вопрос: «Кто должен бороться с нашей коррупцией? Басманное правосудие?» Вопрос риторический, конечно, но тем не менее.
А. КОХ: Кто должен бороться с нашей коррупцией? Я бы так вопрос не ставил. С нашей коррупцией нужно бороться нашим правоохранительным органам, судебным, всему обществу с ней надо бороться. Если эта коррупция приобретает уже международный масштаб, то с ней должны бороться все страны, которые так или иначе участвуют в этих коррупционных схемах. Если в этом задействованы американские банки, если в этом задействованы какие-то фирмы, которые так или иначе подконтрольны законодательству Великобритании и юрисдикции Великобритании, если в этом задействованы юристы из Швейцарии, если в этом задействованы некие управляющие менеджеры из Кипра, то это проблема международная, это нельзя назвать российской коррупцией. Все эти люди в этой коррупции задействованы. И поэтому нужно, извиняюсь, всем вместе бороться с ней в английских судах, в кипрских судах, в швейцарских судах. Америка же добилась сотрудничества Швейцарии в деле коррупции в объединенном швейцарском банке, и Германия добилась от Швейцарии сотрудничества в отношении тех немцев, которые держат на швейцарских счетах деньги и уклоняются от уплаты налогов в Германии. Поэтому то же самое можно делать и с российской коррупцией. Я еще раз утверждаю, она уже перестала быть российской, она уже давно международная.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Когда я читала те материалы, которые были опубликованы в «Ведомостях» по поводу «Даймлер Бенц» и всего этого коррупционного дела, очередной раз волосы вставали дыбом.
А. КОХ: Я еще раз говорю, в отношении «Даймлер Бенц» – это классический пример довольно странной ситуации. Дело в том, что это такое же русское преступление, как американское.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я с вами согласна.
А. КОХ: И американцы делают удивленное лицо и говорят: «А почему русские его не расследуют?» А почему вы его не расследуете?
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тоже верно. Скажем так, в американской прессе это в тех же масштабах публиковалось?
А. КОХ: Более того, это такое же преступление, как и немецкое преступление. И Германия тоже никого расследования не проводит.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: В тех же масштабах публиковалось там? В читаемых газетах?
А. КОХ: В общем, да. Насколько я помню, материалы были и в «Нью-Йорк Таймс» по этому поводу.
Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давайте не будем сейчас отвечать за американцев, давайте поговорим о нас с вами, о стране, в которой мы с вами живем.
А. КОХ: Вы меня спросили – там это было освещено? Я вам говорю. И вы тут же мне говорите – не надо.
