итоги спора про гадкий фовеон

Возможно, посторонним нижеприведенный окололитературный текст покажется странным, но для тех, кто в танке, т.е. для участников сигмовского сообщества, изнуренных нападками отдельных технодрочеров, многое в нем будет очень узнаваемо:

Узкий ДД

Начало конференции затягивалось. Но вот раздался щелчок, на секунду взвыл и тут же стих микрофон. Шум в роптавшем зале стал меньше. У трибунки с микрофоном возник гладкий господин в то ли сером, то ли синем с отливом костюме. Места за длинным столом, находившимся на освещенной сцене, заняли Главные Участники.
– Добрый вечер, дамы и господа! Добрый вечер, уважаемые фотолюбители! - бодро произнес господин и выждал паузу, очевидно, ожидая аплодисментов. Но аудитория лишь шушукалась и скрипела креслами. – Мы рады видеть вас сегодня здесь, на нашем очередном мероприятии, которые, как вы знаете, посвящены просвещению! Меня, вы тоже, наверно, знаете, а тема нашей сегодняшней встречи – разбор или... лучше скажу прямо, как есть, – разоблачение… Да, именно так! Разоблачение так называемого фовеона.
– А кто этот ведущий? – спросил у соседа дюжий парень с пачкой попкорна, сидевший в третьем ряду. Сосед, раскрывший уже на коленях планшетник, глянул на него с подозрением – неужели и вправду не знает?
– Это же Неотключаемый Шумодав!
– А-а…
Ведущий тем временем предоставил слово первому выступающему, плюгавому человечку с большим красным носом и сальными прядями редких волос, едва укрывавших большую залысину. Тот быстро засеменил к трибуне, суетливо разложил на ней какие-то бумажки. Хоть до него было далеко, можно было не сомневаться, что у этого типа дергаются руки и постоянно бегают глаза. Конечно, то был знаменитый Алиасинг.
– Я крайне сожалею, - начал он, – что в зале находятся люди, которые имели несчастье купить фотокамеру Сигма ДП1. Или ДП2. Или ДП3М. Не важно, с какими буквами и цифрами! Мне жалко и вас, и ваших денег. Вот это важно. Вы зря их потратили! К сожалению, на конференцию не смог приехать мой добрый друг и выдающий эксперт Мелкий Пиксель. Он бы рассказал вам всё! Всю правду! А она заключается в том, что у пресловутого фовеона, подсунутого потребителям в этой Сигме, никогда не было и нет никакой попиксельной резкости! Никакой!
Алиасинг долго и занудно вещал скрипучим голосом, в прах раскритиковав тонкие наклонные линии и мелкие детали на фотоснимках от Сигмы.
За ним выступил Шарпенинг. Постоянно почесываясь и зачем-то трогая растянутую горловину своего старого свитера, плохо выбритый эксперт подтвердил выводы Алиасинга, сославшись на личный опыт, и даже уточнил, что одно время пытался вправить мозги фовеонщикам, да те были настолько глупы, что почти совсем отказались от его услуг.
– Слово предоставляется госпоже Шевеленке!
Микрофон перекочевал к мадам с толстым слоем дешевой косметики на лице и чудовищными накладными ресницами. На ней было короткое платье кричащего канареечного цвета. Шевеленка не пошла к трибуне, а, несколько отодвинув стул, непринужденно приняла позу актрисы Шарон Стоун в фильме «Основной инстинкт». Зал встрепенулся.
– Сколько знакомых лиц… – Шевеленка демонстративно повела очами по залу. Кое-кто из близко сидевших к сцене фотолюбителей при этом поспешно опустил голову, иные съежились, чтобы не быть видимыми за спинами впереди сидящих.
– Да… Спешка никого не украшает… – продолжала эксперт, – особенно мужчин. Ну, вы сами знаете. Про дрожащие руки и про все такое прочее... что мешает получить настоящее удовлетворение. Но, людей… гм… страстных еще можно понять и, естественно простить. Вот я вас всех люблю и прощаю! Хоть многие из вас и называют меня упорно не красивой, а смазливой. Иногда даже сокращают до какого-то вульгарного жаргона: «Смаз». А фовеон… – продолжала дама, – это совсем другое дело. Он всегда, без всяких причин, какой-то неясный и темный. Непонятный! Никому не советую связываться с ним и с этой Сигмой!
При последней фразе Шевеленки в первом ряду зала дружно вскочила группа молодых людей в одинаковых красно-зелено-синих футболках с надписью «Байер – не фраер!» и начала нараспев читать какую-то речевку.
– Спасибо, спасибо, – успокоил их ведущий, с наклеенной улыбкой возникший за трибуной.
После паузы слово было предоставлено Клиппингу.
Клиппинг, нервный человек в пиджаке с очень длинными фалдами и почему-то несоразмерно коротких брюках, решил для начала пошутить, попросив аудиторию не путать его с автором книги о Маугли. Потом он с ходу сообщил, что крепко держит этого фовеона за горло. И уже не раз казалось, что совсем придушил, но тот пока еще дышит – впрочем, это ненадолго.
– Не уйдет! – хрипел в микрофон разошедшийся оратор. – Достану хоть при белом свете, хоть в потемках!
Зал подавленно молчал. Видно было, что, с одной стороны этот Клиппинг явно перегибает, много на себя берет, с другой – что такой сгусток желчи может ведь прицепиться к кому угодно и где угодно. Никто не застрахован!
За Клиппингом на сцену вывели еще одного, опоздавшего эксперта и зал окончательно притих. Это был некто, похожий на Валуева, только в полосатой арестантской робе. Как будто данный эксперт только что голыми руками разворотил решетку тюремной камеры в «Белом Лебеде» и прямо оттуда явился на конференцию.
– Бандинг! – зашептались в рядах.
Громила был краток. Сигма со своим фовеоном приговорены и точка. Пожизненно. Адвокаты могут отдыхать. Паханы сами разберутся, а блатным и мужикам – тут выступающий тяжко опустил кулак на трибунку и вгляделся в зал, – остальным надо поступать по поняткам и держать правильную масть.
Наконец, Бандинг отвалился от микрофона и побрел к столу. Выступления экспертов, судя по программе конференции, завершились. Правда, так и не взял слова некий загадочный человек в темных очках, сидевший в президиуме. Он молчал, но на него, как можно было заметить, оглядывались все, кто выходил к трибуне.
Парень с попкорном опять толкнул соседа:
А там кто, в очках?
– Непростой товарищ, – вполголоса отозвался сосед. – Как по мне, то он двойной агент…
– Кто?
– Ну… – сосед еще более понизил голос. И вашим, и нашим. Известен как А-А Фильтр.
– А-а…
После этого начинающий фотолюбитель умолк и больше уже ни о чем не спрашивал.
– А сейчас, дамы и господа, – верещал тем временем ведущий, – мы покажем вам неопровержимые и наглядные свидетельства того коварства, того обмана, какому подвергают людей, всучивая им фотоаппараты Сигмы с пресловутым фовеоном! Это финальное зрелище! Итак – перед вами «Узкий ДД»!
Он сделал жест оператору, сидевшему в первом ряду. На сцене опустился большой белый экран. В зале воцарилась тишина. Внезапно на экране появилась картинка: зеленовато-синее море, наполненное тысячами оттенков, разбивало кипящие волны о мокрые камни, в непостижимо голубом небе висели белые чайки, на кремово-красных скалах вдали кое-где зеленели вцепившиеся корнями в твердь южные сосны. Картинка была настолько естественной, чистой и свежей, что, казалось, в зале вдруг дохнул утренний бриз, донеся запах прелой морской травы и мелкую водяную пыль.
Ведущий поперхнулся, не зная, что сказать. По рядам пошел гул. Опомнившись, Неотключаемый Шумодав прикрыл рукой микрофон. Потом побежал к краю сцены.
– Ты чего делаешь? – зашипел он, задыхаясь, на оператора. – Это что вообще? Откуда это?
По сценарию, в финале на экране должна была появиться фотография старого протаявшего сугроба в подворотне у пивного ларька, который был забрызган грязью и помечен чем-то желтым – то ли собаками, то ли бомжами. Сугроб тем не менее, имел пересвеченные белые пятна – т.е. "отсутствие деталей". Серый тротуар на переднем плане должен был кишеть буро-зелеными змеями и серыми гранулами, похожими на жирными крыс, – мол, дикий яркостно-цветовой шум в тенях. Изображение готовили совместно и долго: выкручивали немыслимые режимы на вражеской фотокамере, заменили лампу в ближайшем фонаре на какой-то кислотный аварийный светильник и т.д. Старались все: от Клиппинга до Шевеленки. «Узкий ДД» являлся, таким образом, подлинным шедевром.
Теперь все летело под откос.
Оказалось, чертов «компьютерщик» (так за глаза называли всех технарей из обслуги Главные Участники) перед конференцией переписал с флэшки какого-то своего знакомого, отъявленного фотолюбителя, пару сигмовских кадров. И по ошибке загнал файл этого прощелыги, которого занесло в отпуске на теплое море, в проектор.
И он показался на экране – вместо «Узкого ДД».
В зале поднялось волнение, было видно, как народ скапливается в проходах. Ребятки в зелено-красно-синих футболках, пятясь, отступали к служебному выходу.
Раздался свист и крики «Лажа!». Потом кто-то зычно заорал, начался топот…
Эксперты, оставив на столиках бумаги, спешно направлялись за драпировку сцены…

<.>

:)

[УДАЛЕНО]

Недурственно, весьма недурственно, но , что то меня тревожит, всё же сюжетец какой то ненатуральный, кажется мне глюк кристализации, или применили запрещённый приём стиля словосочетаний словно хомоцапус вторгся в святая святых " нерукотворного" , да и сомнения берут есть ли там вообще ДД ? Как то неубедительно... не верю я Вам. Вот и Арина Родионовна в опять в экстазе, и с Тупиком что то не так...
Равчик (рукопись-оригинал) покурить скиньте, заранее благодарен. :cannabis:

Цитата:

от: Patternman
Осталось только увидеть эти замечательные снимки, а то языком чесать все мастера... А реальность,....

И в эту тему Оно пришло :D

Таки согласен ;первый пост даже чисто литературно "хрень с претензией". Тупо.

Цитата:

от: muar
И в эту тему Оно пришло :D

Оно вегда на слово Фовеон приходит. Это реинкарнация Viktorych . Он помнится на слово Пентакс так приходил во все темы.