от: NikN
Я так понял нападение неожиданностью небыло? Все всё знали и были готовы. Вероломства небыло.
Внимательное изучение событий 1941 года приводит к выводу, что главной причиной катастрофичности первых месяцев войны было упреждение Красной армии в мобилизации и развертывании.
О чем идет речь? Никакое государство в те годы не могло себе позволить постоянно держать на границах полностью развернутую армию, достаточно многочисленную, чтобы отразить удар агрессора и нанести ему поражение. Это было невероятно даже при условии содержания соединений в штатах мирного времени - мобилизационные резервы приграничных областей были бедными и политически ненадежными. Причем последний тезис был верен даже во времена Российской Империи. Поэтому головной болью штабистов было развертывание Красной армии на западе, требующее мобилизации и переброски в западные округа войск из внутренних округов. Для этого мало было получить предупреждение о грядущем нападении - его нужно было получить, по крайней мере, за 2-3 недели до собственно нападения.
Усугублялась ситуация разницей в развитости железнодорожной сети западной Белоруссии и Украины и - Германии и Польши. Немцы могли перебрасывать войска на восток большим темпом.
Это предъявляло особые требования к работе разведки.
Однако информация от разведчиков поступала размытая и неопределенная. Возможные сроки германского нападения, указываемые в разведданных, варьировались в широких пределах. Аналитическая же работа была откровенно слаба. Серьезные аналитические записки, такие как доклад советского военного атташе в Берлине В. И. Тупикова, терялись в массе сырых разведданных. Реальная дата 22 июня была названа тогда, когда пресловутых 2-3 недель в распоряжении советского командования уже не было. В какой-то мере это объяснялось тем, что сами немцы приняли строгие меры по обеспечению скрытности подготовки к "Барбароссе". До определенного момента сосредоточение немецких войск могло быть интерпретировано как "выстраивание оборонительного пехотного заслона на востоке перед высадкой в Англии". Только в последнем, пятом эшелоне переброски войск на границу с СССР были выдвинуты танковые дивизии.
Осознание опасности произошло примерно в середине июня 1941 года. Именно тогда был предпринят последний дипломатический демарш - Сообщение ТАСС от 14 июня 1941 года.
Его основным адресатом были не граждане СССР, с удивлением и тревогой читавшие этот странный текст в газетах, а германское руководство. Ответом на него было гробовое молчание. После этого началось выдвижение к границе "глубинных" стрелковых соединений особых округов, начали грузиться в эшелоны и двигаться на рубеж Западной Двины и Днепра армии внутренних округов. Однако самое страшное уже произошло: Красная армия была упреждена в мобилизации и развертывании.
Вторгшиеся на территорию СССР три группы армий вермахта имели на направлениях главных ударов значительный перевес над противостоящими им соединениями приграничных особых округов.
На 22 июня 1941 года в бой могли вступить примерно 40 советских соединений, а атаковали их более 100 немецких дивизий, танковых и пехотных. "Глубинные" стрелковые корпуса РККА находились еще в 100-150 км от границы, а армии внутренних округов только начинали разгружаться на рубеже Западной Двины и Днепра.
Кроме того, советские дивизии находились еще в штатах мирного времени, средняя численность стрелковых дивизий армий приграничных округов составляла около 10 тысяч человек. Немецкие пехотные дивизии, перешедшие нашу границу, насчитывали 1520 тысяч человек. Результаты такого столкновения нетрудно себе представить. Разорванную на три оперативно не связанных эшелона Красную армию немцы громили по частям. Нельзя сказать, что это было нечто из ряда вон выходящее в истории войн. Армия Польши в сентябре 1939 года также встретила удар вермахта недоразвернутой и неотмобилизованной. В случае с СССР летом 1941 года разгром Польши повторился в несколько увеличенном масштабе. В отличие от Польши у Красной армии был сильный козырь: многочисленные механизированные соединения. По числу танков они превосходили вторгнувшиеся на территорию СССР танковые группы. Однако ввиду упреждения в мобилизации лишь меньшая часть советских мехкорпусов имела достаточно автомашин, чтобы считаться полноценным механизированным соединением, способным маневрировать как единое целое. Атаки же танков без поддержки мотопехоты и отставшей на марше артиллерии успеха не приносили. Это стало вторым по значимости фактором, обусловившим катастрофу лета 1941 года. У Красной армии не было достаточного количества полноценных подвижных соединений для контрударов и маневренной обороны. (с)
