от:Генпалыч
Я то хочу рассказать историю, которая рассказала моя мама и она (история) имела отношение именно к ней и от первого лица. История то же не вписывается в концепцию общих стереотипов принятым в нашем обществе и она достаточно резонансна!
Моя мама жила в деревне и было оч голодно в 1945-47 годах и особенно это испытывали дети. В этот момент маме было 12 лет. Так вот пленные фашисты востанавливали жд и соответственно работали под бдительным надзором канвоя (что естественно). Так вот детишки со всей округи собирали маленькие букетики цветочков (с полей) и кидали их пленным, а фашисты кидали им сухарики и порой сахар. Вернее даже наоборот фашисты кидали эти маленькие презентики детям, а детишки как бы пытались как то отблагодарить и собирали и кидали букетики луговых цветов (хотя понятно что пленным эти букетики были нафиг не нужны!). За счет этих подачек физически (!) выжили наши русские дети!!! Скорее всего пленые так выражали тоску по собственным детям (!). Умерло на этой жд дороге пленным - уйма, те без счета и хоронили (скидывали) в траншеях.
А вот теперь самое главное - если это замечали конвойными они плетьми били пленных и пинками раз гоняли детей... Я не берусь судить кто был более Человечен .... Но заметьте сухариков и сахара у пленных было оч и оч мало и самим то же!Подробнее
А вот сами «пленные фашисты» в своих мемуарах нигде не упоминают об конвойных, которые «плетьми били пленных», у конвоя вообще плетей не было, да и сам конвой обычно был символическим – немцы народ дисциплинированный, сами следили за порядком.
Что касается питания, то к примеру Вилли Биркенмайер находившийся в плену на Украине в Мариуполе в своей книге «EINEJUGEND HINTER STACHELDRAHT» пишет, что местные жители, которые работали вместе с немцами на заводе и которых Биркенмайер называет русскими, часто угощали пленных вкусной домашней едой. Биркенмайер пишет, что когда начальник цеха вызывал его в свой кабинет, он сперва наливал стакан водки, выкладывал закуску и предлагал выпить и закусить, а затем приступали к обсуждению производственных вопросов. Иногда, при случае, пленные бывали у местных жителей в гостях, и по этому случаю накрывался стол, непременно с выпивкой.
Александра приготовила жаркое из крольчатины, вареную картошку, нарезала капусту с морковью. Нина накладывает мне полную тарелку. Еще на столе грузинское белое вино, а на сладкое — компот из груш, это домашние консервы. Если бы мои родители или брат могли меня здесь увидеть, они бы не поверили, что я в русском плену; мне и самому сейчас трудно в это поверить.
Вот так питались после войны в городе Мариуполе – даже пленных было чем угостить!
Вот что сообщает Биркенмайер о лагерном питании:
Обычно за продуктами с нами ездит в город на склад и наш Starschina, Виктор Петрович. Это же немалый груз — продовольствие на две тысячи человек: с десяток мешков ржаной муки или перловой крупы, три мешка сахара, когда бывает картофель — еще 20 мешков. Иногда бывает и мясо, не очень свежее, упакованное в ящики, но вот вчера нам досталась говяжья туша, разрубленная пополам. А на прошлой неделе — две свиные туши, тоже разрубленные. Еще кислая капуста в здоровенных бочках, пшено или гречка в мешках. Мешки и бочки надо потом возвращать на склад. Гейнц знаком здесь со всеми, кто выдает продукты. Представил и меня, сказал, что я бухгалтер. Мне тут справляться легко, потому что я говорю по-русски, уже научился даже немного писать.
Разумеется пленные ездят по городу за продуктами и по другим делам без всякого конвоя, тем более с плетьми!
