Дмитрий Быков
ПРЕДЧУВСТВИЕ ГРАЖДАНСКОГО МИРА
(Текст находится здесь: http://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=431965753514256&id=199235390120628 )
Страна отслоится от государства так же незаметно и постепенно, как бумажка от переводной картинки, после чего бумажку можно выбросить, а картинка воссияет.
Питерский экономический форум был одним из самых позитивных моих впечатлений последнего времени — а уж как я не хотел туда ехать! Мне все казалось, что попаду там в принципиально чуждую среду. Оказалось, даже вечный разлад между элитой и прессой вполне преодолим, многие друг другу подмигивают, а общение в кулуарах так и вовсе неформальное. И всех объединяет причастность к главной тайне: «Мы же с вами понимаем, что все это не всерьез!»
Такое спустярукавное отношение к разного рода демонстрациям лояльности, такие смешки в кулак при заслушивании речей официальных лиц, такое трезвое понимание недостаточности и ложности репрессивных рецептов при решении реальных задач — весьма обычное явление для угасающих режимов, но из этого вовсе не следует никаких революционных предчувствий. Напротив, я горячо надеюсь, что никакой революции на этот раз не получится, а получится то самое, что действительно спасет Россию. Страна отслоится от государства так же незаметно и постепенно, как бумажка от переводной картинки, после чего бумажку можно выбросить, а картинка воссияет.
Одной из главных бед русской революции было как раз то, что государство было уничтожено вместе со всеми его функциями, без коих обходиться нельзя, и заменилось оно на целое пятилетие произволом бандитов, комиссаров либо белых офицеров, которые как умели устанавливали распорядок на захваченной территории.
Главное же содержание сегодняшних процессов в обществе — отчуждение государственных функций, переход их в руки общества. У государства плохая медицина? Общество налаживает сети благотворительности и медицинских консультаций, спасает сотни больных детей, осваивает навыки самолечения и взаимопомощи. У государства плохо поставлена борьба с наркотиками? Ройзман организует «Город без наркотиков». Можно спорить о его методах, но самодеятельность масс редко обходится на начальных этапах без радикальных решений. У государства есть неоднократно озвученное желание сделать высшее образование недоступным большинству, дабы оно проще управлялось? Вся страна покрыта сетью просветительских мероприятий, лекций, летних школ, мало кто из моих друзей-писателей не преподает либо не ведет исторического-литературного-политического кружка, и это тоже напоминает практику столетней давности, когда студенты бесплатно просвещали рабочих. Наша задача никоим образом не разрушить государство — напротив, мы должны его всемерно укрепить, просто это должно быть государство народа, а не силовой бюрократии.
Мне резонно возразят: при такой самодеятельности неизбежны элементы не только гражданского общества, но и гражданской войны. Вон сколько бегает персонажей вроде гражданина Босых, в открытую призывающих к расправам! Вон уже и Дмитрий Рогозин озвучивает идею народных дружин от КРО — эти дружины будут якобы предупреждать национальные столкновения, хотя раньше, насколько помню, они как раз подспудно их приближали. На это у меня, пожалуй, есть самый оптимистический ответ: все эти злобные тролли, призывающие расстрелять, тащить и не пущать, способны поражать только самое запуганное воображение. В действительности они милейшие люди, даже не всегда работающие за деньги: нередко они вполне искренни в своем желании нагнать страху на интеллигенцию либо обозвать ее дерьмом. Проблема в том, что ни на что иное эти лузеры не способны. Стоит вспомнить громкую кампанию в интернете, разразившуюся после известного письма творческой интеллигенции в защиту Pussy Riot: я видел не меньше двадцати постов, где подписавшиеся объявлялись врагами православия, а расправа над ними — заслугой истинного христианина. «Расстрельный списочек», «утащу к себе на память», «массовая культурка в поддержку безбожия» (еще вчера Чулпан Хаматова и Евгений Миронов были Великими русскими актерами, поскольку поддерживали Путина, теперь они массовая культурка, паразитирующая на забитом народе). Всего этого полно в сети, и все это ровно ничего не значит. Обещания немедленно расстрелять оппозицию, «как только начнется», и призывы по-гершензоновски благословлять власть, ограждающую нас от бунта своими штыками, — все это такая старая и банальная разводка, что на нее не стоит тратить время.
Власть одной рукой ограждает от гнева народного, а другой его разжигает, но попытки натравить пролетариат на интеллигенцию сегодня абсолютно бесплодны, потому что оба эти понятия давно изменили смысл. В некотором смысле пролетариат сегодня и есть интеллигенция, процесс их взаимного превращения начался еще в последние годы советской власти. Пролетариатом называется тот, кто продает свою рабочую силу; в этом смысле между Уралвагонзаводом, средней школой, больницей или любым московским офисом нет принципиальной разницы, разве что офисов побольше, чем крупных заводов. Гражданская война не состоится уже потому, что настоящим гражданам нечего делить — у них одни интересы. А то, что мы привычно называем Гражданской войной 1918–1922 годов (до сих пор споря, кстати, о временных рамках этого явления — Шолохов считал, что она так и не закончилась), было обычной смутой, вызванной обвальным крушением государства и темнотой масс. С темнотой, слава богу, покончено — во многом благодаря последним годам все той же советской власти, а обвала мы постараемся не допустить.
Любопытнее всего в этой ситуации параллельность двух процессов — активное оглупление власти и столь же активное перетекание недавних лоялистов на сторону оппозиции. Но это не конформизм, не конъюнктурщина, не попытка в последний момент перебежать на более перспективную сторону — нет: власть все, как всегда, делает самостоятельно. Для того чтобы разделять ее принципы, требуется удовлетворять все большему количеству взаимоисключающих условий, так что сегодняшнему лоялисту воистину не позавидуешь: он должен быть непримиримо жесток, бесспорно туп, при этом патологически запуган (больше всего американской угрозой), подобострастен, богат и бездарен. Богатство — важное, last but not least, условие, поскольку бедные сторонники власти и даром не нужны, а богатого плюс ко всему легко держать за нежные места, ибо богатство его, как подчеркнул президент на том же форуме, в глазах общества нелегитимно. Обладать всей суммой этих достоинств практически нереально — кто зол и туп, не умеет изобразить настоящее подобострастие; кто богат — редко совсем уж бездарен; кто запуган — вообще ни на что не годится. Напротив, для того чтобы быть сегодня оппозиционером, вполне достаточно иметь слух, зрение и совесть. Как показывает опыт, с этим у российского населения дела обстоят получше, чем думает начальство.
Чем очевиднее фальшь и самоподзавод при проведении так называемого репрессивного курса, тем больше шансов, что исход событий будет мирным, в чем-то даже забавным. Колосс, стоящий на глиняных ногах, может рухнуть. Колосс, лежащий лежмя, может только лопнуть. А вы говорите — гражданская война. Какая война, когда всем давно все ясно? Облегчение от стаскивания маски вроде противогаза. Мир, дружба, гулянья, карнавал, фейерверк.
