Руководство компании «Аэрофлот», больше половины акций которой принадлежит государству, уже несколько лет добивается законодательного увеличения количества рабочих часов и сокращения отпусков и норм отдыха пилотов. Права лётчиков, а по сути — нашу безопасность во время полётов, отстаивает независимый Шереметьевский профсоюз лётного состава (ШПЛС). Руководство «Аэрофлота» неоднократно увольняло профсоюзных активистов — и каждый раз было вынуждено восстанавливать их по суду, признававшему увольнение незаконным.
(...)
Когда началась конфронтация профсоюза с руководством «Аэрофлота»?
Новая волна конфронтации началась в 2009 г. с приходом В.Г. Савельева на пост генерального директора авиакомпании. С тех пор конструктивного взаимодействия с руководством не было.
(...)
Дело в том, что в руководстве «Аэрофлота» отношение к авиации имеет только лётный директор. Савельев, например, бывший банкир (за свою жизнь он поменял тринадцать мест работы), не понимающий специфики гражданской авиации. Взять суд, что мы выиграли, который предписал «Аэрофлоту» выплатить 1 млрд рублей надбавок за вредность и ночные. Что значит вредность, что значит — опасные условия? В лётной работе более ста вредных факторов: это и шум, и вибрации, и сухость и пониженное давление воздуха, и радиация и десинхроноз из-за постоянной смены часовых поясов. Тяжело переносятся и смены климатических зон: из зимы в +30 и обратно. Людей могут списать уже в тридцать пять, кого-то в сорок лет. Смертность среди лётчиков высокая. А когда людей вынуждают идти в полёт без отдыха, то повышается вероятность ошибок, и даже — смерти в полёте. Мой однокашник — Андрей Ханин, второй пилот на А-320 — умер в 49 лет. Прилетел из Еревана, с ночного рейса, утром приехал домой, лёг спать и не проснулся. Командир МД-11 Ян Пушкарёв тоже умер в 49 лет. Андрей Рыбин умер в 50 лет от рака... Александр Красовский умер в Гонконге прямо в кабине перед полётом. 14 мая Илья Серебренников умер за два часа до рейса. Ему было 54 года. Когда мне показали его табель работы, то с 1-го по 14-е мая у него не было ни одного выходного, хотя по графику он должен был быть в отпуске. Когда вдова получала причитающиеся ему деньги, то оказалось, что задолженность по отпуску у Ильи 100 дней. Непомерные нагрузки без отдыха - прямая угроза безопасности полётов.
(...)
Когда говорят, что у лётчиков отпуск семьдесят дней, то всем кажется, что это много. Но если посчитать все выходные вместе с отпуском, то окажется, что обычный клерк, который работает в офисе, не во вредных и не в опасных условиях, отдыхает 136 дней в году. А мы работаем в праздники и отдыхаем шесть дней в месяц, и получается, что лётчик всего отдыхает 128 дней в году. На восемь дней меньше, чем клерк! Причём если обычный человек знает, что он отдыхает в субботу-воскресенье, то у лётчиков (конкретно в «Аэрофлоте») каждые 3–4 дня меняется график. Начальство говорит: на 3 дня тебе спланировали, через 3 дня ты обязан связаться с нами и подтвердить, что ты ознакомился с новым графиком. А то и ежедневно график меняется. Лётчик прилетел, открывает график, а он уже другой. То есть ни спланировать жизнь, ни время на семью невозможно. Вот такая, например, работа у лётчиков на А-320. Командир А-320 находится в трёх состояниях: он или спит, или летит, или едет на работу — с работы...
отсюда: http://skytruck.livejournal.com/128290.html
Выделено мною.
