Интервью с Capricorn.

Заранее прошу прощени я у Capricorn"a.... разрешения на публикацию интервью я не спрашивал. Отсканировал.... захотелось..... прошу прощения за грам. ошибки, не корректировал....

https://foto.ru/users/2512

Творчество — это неугасаемый факел. Пройти по стезе творца дано не каждому, но, коль судьба подтолкнула тебя к этому выбору, значит на небе всегда можно отыскать свою путеводную звезду


Виталий Абрамов — один из тех, кто живет и видит мир в теплых, порой игривых лучах, проникающих сквозь объектив фотокамеры. Пройдя по виртуальным интернет-галереям, можно отыскать большое количество его работ, в которых автор отображает самобытное видение действительности, мастерски подчеркнутое душевной грацией.
Нам посчастливилось связаться с Виталием. Поздним сентябрьским вечером, когда за окнами догорели последние блики заходящего солнца, мы ведем размеренную беседу.

ЭР: Виталий, как давно вы пришли в фотографию? Расскажите, как все начиналось.

ВА: Непростой вопрос, подкупающий своей кажущейся легкостью. И сам не заметил, как погрузился в дебри воспоминаний, смутных образов, запахов. Хотя свою первую пленку, отснятую фотоаппаратом «Весна», помню с фотографической точностью. Дело было в ранней молодости. Растворы готовились на водопроводной воде, никаких температурных режимов, опыта — ноль, результат — ноль. Пленка выскочила из спиралей бачка, и витки ее просто слиплись. Хотя, если бы и удалось ее проявить, то смотреть на ней, скорее всего, было бы нечего. Зато в памяти до сих пор стоит этот удивительный, таинственный и возбуждающий запах растворов.
Неудача меня отнюдь не разочаровала, скорее наоборот, заинтриговала. Появились книги, журналы и даже один единомышленник, менее неудачливый, чем я. Первый снимок, дотянувший до стадии печати, был очень даже неплох (увы, не сохранился). Затем последовала полоса горьких разочарований и осознания собственного невежества. Менялись камеры (от «Зенита-Зм» до среднефор-матных «Салют-С», «Пентакон-Сикс Л»), оптика, увеличители, рецептура. Я даже сделал прецезион-ные электронные весы своей конструкции для приготовления растворов. Но ничего не помогало. Козероги — настойчивые и упрямые люди, но здесь и я начал сдавать. Голая техника с убедительной неотвратимостью настойчиво показывала мне свою немощь. С художественной стороны мои фотографии также ничего особенного не представляли. В результате вся техника была распродана, фотография забыта на несколько лет. Вернее, как оказалось позже, ушла в летаргический сон.
Я полностью отдался другому увлечению — электронике, радиолюбительству. В то время вычислительная техника только начинала у нас появляться. Сейчас, наверное, мало кто помнит, что собой представляли шкафы ламповых ЭВМ. Закончил технический вуз, внедрял вычислительную технику на железнодорожном транспорте, женился, развелся — короче, жил нормальной жизнью.
И вот однажды в одном из журналов я увидел объявление: «ЗНУИ (Заочный народный университет имскусств в Москве) производит набор слушателей на платной основе по следующим классам...» (в том числе и фотография). Нет, сразу ничего не произошло, моя реакция созревала около года. Все-таки перерыв в восемь лет не мог пройти бесследно. Но вот решение принято, заявление отправлено. Три года обучения промелькнули как один день — ив руках диплом по классу «Мастерство фотолюбителя» с правом преподавания. Это было как второе рождение. Я снова видел мир, но уже не так. А может, раньше я его вообще не видел. Поскольку нужно было регулярно отправлять контрольные отпечатки, я снова стал потихоньку обрастать техникой, освоил цветные процессы. И вот, только-только что-то начало получаться — опять перерыв, на этот раз вынужденный. Предстояло перенести ряд операций на глазах. Одна из них оказалась неудачной, и я почти потерял зрение. Позже удалось его восстановить только на 30%. Вот и приехали...
Но здесь я вижу руку Судьбы. Она мне говорила: «Ты еще не созрел для фотографии, ты познал только азы, но у тебя нет никакой жизненной концепции, у тебя нет никакой системы восприятия мира, что и как ты будешь снимать? Сначала пройди испытание». И Судьба не оставила меня одного, она подарила мне любовь и книги. Человеку, который читал мне вслух Бунина, Паустовского, Лермонтова, я впоследствии посвятил много дней и работ.
Когда я смог читать самостоятельно, то обнаружил, что новое чувство, вспыхнувшее во мне настоящим костром, пробудило острую тягу к познанию. Я перечитал почти всю французскую и итальянскую классику, начал изучать итальянский язык (впрочем, быстро бросил, подлинников было не достать). Данте, Петрарка, Стендаль, Мериме — сводили меня с ума. Все это не могло не привести к изучению мифологии, эзотерической философии, основных религиозных систем, квантовой физики и многих других наук. Наряду с христианством, индуизмом, буддизмом я узнавал такие имена, как Планк, Резерфорд, Эйнштейн.
И это было как откровение, как третье рождение. Возникла потребность в общении с единомышленниками. Но найти их оказалось не так просто (до сих пор ищу). Меня буквально распирало от накопленных знаний. И вот она, Фотография — спасительный предохранительный клапан. Постепенно начинала складываться система: физические науки — мистика — литература — визуальные образы — фотография. Сложная цепь, не всегда в такой последовательности и далеко не всегда до конкретного воплощения, но неизменно с внутренним удовлетворением, как пот после тяжкого труда. И вот странный парадокс — с каждой фотографией я вроде теряю часть себя. Это трудно объяснить. Проще понять Фрейда или Уилсона. Это как оставленные вехи на пройденном пути, к которым уже не возвращаешься.


ОР: Что все-таки для вас значит фотокамера? Ищете ли вы вдохновение перед съемкой? Или считаете, что ваша фотомуза всегда с вами ?


ВА: Теперь можно попробовать ответить и на эти вопросы. Камера как технический инструмент? —Да, но на последнем этапе. А перед этим? Камера как инструмент познания, фокусирующий явления, события, человеческие отношения. Видоискатель отделяет самое главное, связывает расположенный в нем материал невидимыми нитями, заставляет сконцентрироваться. Иногда перед съемкой перелистываю не один том энциклопедических словарей. Но бывают моменты, когда рука сама тянется к камере, когда остаются забытыми экспопараметры, гистограммы, баланс белого и т.д. Вспышка — это как неожиданное просветление после медитации, как неожиданное решение дзэновских коанов, когда внутренний и внешний мир неожиданно объединяются в видоискателе. Иногда даже кнопку забываешь нажать...
Муза — какое красивое слово! Она не может постоянно находиться внутри, иначе перестанет быть музой. Изнутри приходит вспышка. А Муза, как взбалмошная женщина — только извне. Она очень любит запах большого объема проделанной работы накопленный потенциал. Пожалуй, только этим ее и можно заманить. Вдохновение — это когда хочется работать. Есть идея (замысел), есть желание ею (им) поделиться, есть сюжетная линия. И вот начинается поиск способов реализации — поиск композиционных и светотональных решений, контрастов форм, контрастов динамики и статики, психологических, перспективных контрастов. Если все эти блюда хорошо приготовлены, может, Муза и заглянет в гости.


ОР: Какой стиль фотографии является вашим «коньком» и как вы к нему пришли?


ВА: Родился я в Брянской глубинке. Вы читали ветхозаветную «Песнь песней»? Одна из самых красивых книг во всей Библии. Тогда вслушайтесь в созвучие географических названий: Дубровский район, деревня Сосновка. Для меня это Песнь песней. Дед мой был лесником и егерем. Именно он посвятил меня в тайны леса, травы, пчел. И хотя прожил я там только до шестилетнего возраста, этого оказалось достаточно, чтобы оставить неизгладимый след в моем сознании. Вся красота и гармония природы, простых человеческих отношений впитались с молоком матери, с воздухом, которым я дышал, с росой на босых ногах, с пылью дорог. Это место моей силы. Я и сейчас почти каждый год совершаю туда паломничество, хотя там никого уже нет, как нет и самой деревни. Нужно ли теперь спрашивать о моем «коньке»? Это природа в состоянии неустойчивого равновесия, предрассветные туманы, дожди, осень. Когда природа выходит из оцепенения и в движении раскрывает свои тайны. Почти так же, как человек. Пока он спокоен, трудно о нем что-то узнать. Но стоит его чем-то заинтересовать, разволновать, заставить проявить реакцию, вот тут и смотри в оба, вот тут и изучай, лови момент съемки.


ОР: Как жизнь в городах повлияла на ваш художественный темперамент? При такой жгучей привязанности к природе, что означают для вас антропогенные изваяния Киева?


ВА: Город — это особый разговор. Безусловно, он не может не оставить отпечатка в характере мировосприятия. Но для меня город — это прежде всего люди, которые его строили для себя, которые живут в нем. Нет города без горожан.
Антропогенные изваяния — это своего рода контрольные точки истории человеческих отношений. Архитектура, административные здания, жилые дома — разве не отражает все это уровень жизни городского населения, его менталитет? Сравните безликие пятиэтажные «хрущевки» с современными жилыми домами, и вы легко представите себе разницу.

ОР: Что дает вам искусство постобработки?


ВА: А куда ж без нее? Вы заметили тенденци увеличения веса постобработки с продвижение прогресса? Дагерротип — никакой постобрабо" пленка — умеренная постобработка, цифра — почти неограниченная обработка. Боюсь, что е> дело так и дальше пойдет, то от всей фотограф одна постобработка и останется. (Смеется). Мн кажется, что я неплохо дружу с РпсЛозпор и нек рыми другими прикладными программами. Уч по книгам Маргулиса и Айсман. Поэтому сразу представляю себе судьбу снимка в постобработ даже перед нажатием на спусковую кнопку. По| это обстоятельство даже вмешивается в процес фотографирования (выбор точки сьемки, экспс раметров, глубины резкости и т.д.). Признаться мне не всегда нравится, когда какой-то Ргютдзг начинает мне диктовать свои условия, но иногг он очень выручает. Хотя далеко не всегда. Вот сейчас отложены в архив несколько файлов, на которыми я бился не один день, но так и не см привести их к желаемому результату. Готовое и ражение, как мираж, стоит перед глазами, изве ны возможности всех инструментов и способоЕ но то, что я вижу на мониторе, никак не желае" совпадать с тем, что задумано. А переснять — можности нет. Но ничего, пусть полежат, созре ведь я, как вы помните, Козерог.
«Козырных» карт и приемов в фотографии I и быть не может. Сам РпсЛозпор — это большо жирный козырь. Все определяется исходным м< риалом и конечной целью. Даже такую простую операцию, как изменение размеров, я никогда не доверяю пакетной обработке.
Куда я пытаюсь склонить снимок?.. Да это он вс склоняет меня — к лаконизму и выразительности, ного и того же результата в РпсЛозпор можно доб ся разными путями. Очень часто под руку попадается


ОР: Ваше отношение к коммерческой фотографии.



ВА: Мировосприятие через денежную призму? Нет, это не мое. Доводилось, конечно, снимать детские утренники, выпускные вечера, свадьбы. Признаюсь, нет лучшего способа отбить стремление к творческой работе. На заказ я работаю только в том случае, когда появляется что-то незнакомое, когда есть почва для размышлений, когда нужно искать нестандартные приемы, когда это может обогатить мой опыт. Возможно, это эгоистично. Однажды меня попросили для института урологии сделать ряд снимков в операционной. Съемка новых методов хирургии в режиме реального времени для распространения опыта. Почуяв нечто неизведанное, я согласился. Сложнейшие условия, невозможность применения импульсного света, ограниченные точки съемки, невозможность повторить момент и переснять, халаты, маски, бахилы, полная стерильность. Вот уж где я попотел и насмотрелся, не дай Бог. Опыт я получил огромный, но применять его больше не хочется. Работе на заказ должна предшествовать работа с самим заказчиком. Общий язык удается найти тогда, когда он заинтересовал меня не деньгами, а исходным материалом. Фотобизнеса я просто боюсь, он затягивает постепенно и незаметно, превращая тебя в некую фишку, которую можно передвигать как угодно, которую можно менять, которой можно жертвовать. Нет, это не мое.


ОР: Вели ли вы бурную фотожизнь?


ВА: Нет, никогда. Все, что я делал, делал для себя и узкого круга друзей. И только последние два года я начал потихоньку выставлять свои работы в интернетовских фотоклубах. Но не для того, чтобы получить признание, а чтобы поучиться, почерп-
нуть новые идеи. Есть очень много профессионалов, мастеров и просто талантливых ребят, у которых я бы хотел учиться.


ОР: Существует ли для вас абстрактный «фотоэве-рест» — нечто такое, к чему вы еще не пришли в своем творчестве, но очень стремитесь?


ВА: Я бы немного расширил эту аналогию. Эверест — это для меня сфера человеческих отношений, повседневно окружающая каждого из нас. Достичь пика — значит уметь быть в гармонии с близкими, уметь окружать любовью тех, кто нам дорог. Каждый день протискиваешься через толпы вечно куда-то торопящихся людей. Наверное, дар увидеть и сфотографировать тех двоих, которые с благоговением смотрят в глаза друг другу, для кого время остановилось в эти мгновения — это и есть постижение Эвереста в фотографии.
Но для меня существует еще и Сириус — тот непостижимый апогей, где соединяется духовное и материальное. Достичь его нельзя, но можно увидеть его свечение внутри души, когда в очередной раз задумываешься о природе вещей. И тогда руки сами тянутся к камере, а в кадре ищешь то, что наиболее соответствует твоему внутреннему настрою. И умение увидеть возле се бя композиционный ответ — это значит найти общий язык с природой.

ЭР: Каким образом стремительная экспансия цифровых фотокамер окажет влияние на менталитет будущего «цифрофотографа»,
не прошедшего этапов самостоятельного изготовления реактивов, проявки и т.д.? Можете ли дать несколько советов еще «неоперившимся» фотографам?


ВА: О цифровой фотографии я говорить много не буду. Достаточно сказать, что без цифры вряд ли смог бы в свое время вернуться в фотографию. Цифра — это супер. Это оперативность, быстрота обучения, средство общения, в конце концов это просто удовольствие. Хотя по большому счету, для фотохудожника не имеет решающего значения, где фиксируется изображение — будь то пленка или матрица. Это никак не может повлиять на цепочку подсознание—мозг—визуализация. Все, что нахо дится после визуализации, это уже постобработка (включая и нажатие кнопки спуска).
А для новичков у меня один совет: работать и учиться, проникать в суть вещей и явлений, снимать и анализировать, внимательно прислушиваться к самому себе, ведь вся Вселенная внутри нас. Не принимать на веру никакие каноны. Снимайте вопреки им и анализируйте (все равно вы придете к ним, но уже в другом качестве)... Пока не получается? А почему получается у других? Снимать и еще раз снимать!

Беседу вел Евгений ЗУБЕНКО

Статья напечатана в журнале Digital Photographer

Интерсное, прочитал с удовольствием.

Блин, 44 просмотра и ни одного ответа, а если бы кто то кого то нахер послал, уже бы на 5 страниц флейм развели...

Цитата:

от: Веселый

...Все это не могло не привести к изучению мифологии, эзотерической философии, основных религиозных систем, квантовой физики и многих других наук....

ну прям чуть не заплакал...

Цитата:

от: владислав
Цитата:

от: Веселый

...Все это не могло не привести к изучению мифологии, эзотерической философии, основных религиозных систем, квантовой физики и многих других наук....

ну прям чуть не заплакал...

Вы циник?

Маленькое пожелание: чтобы было проще читать, в будущем выделяйте вопросы жирным шрифтом и отделяйте их от ответов пустой строкой. Как это обычно в прессе делается.

Честно говоря не подумал... попробую отредактировать...

живая легенда... :)