Представьте: вы смотрите на фотографию, а на ней – не мост и не набережная, а звёздное небо и чёрная бесконечность. И вдруг понимаете: это всё – детали обычной карусели в парке.

Денис Фонтанов начинал как классический петербургский фотограф. Невский проспект, мосты, фонари – открыточный Петербург. Только вот людей на его снимках почти не было. Город выглядел идеальным,
но пустым. Со временем фотограф пошёл дальше: ему стало тесно в обычных пейзажах.

Проект «Квадрат скорости» – это полный разрыв с реальностью при помощи аналоговой камеры, без использования графических редакторов. Главная тема Фонтанова – движение. И не только как картинка, но как
мысль: мир летит вперёд, всё меняется, а человек остаётся крошечной точкой в этой вечной гонке. На его снимках нет людей – только скорость, пустота, чёрное небо и изящество оптических иллюзий.

«Квадрат скорости» – это фотография, которая похожа на живопись. Это космос, выросший из повседневности. Это приглашение посмотреть на мир иначе: разогнаться до звёзд, не сходя с места.

Фотографическая деятельность Дениса Фонтанова началась с обращения к образу Петербурга. В ранних петербургских циклах заметен уход от традиции ленинградской эстетики «бедного» пейзажа в сторону
классического, парадного, почти «открыточного» вида. Ярко освещённые множеством фонарей центральные улицы, мосты, летние веранды и хрестоматийные ракурсы Невского проспекта уже тогда представали чаще
всего безлюдными; иногда лишь крошечные тени человечков-муравьёв оживляли пространство этих идеальных городских панорам.

Со временем Фонтанов отказывается от реалистичного пейзажа и сложных многосоставных композиций, сосредотачиваясь на работе с изначально минималистичным фрагментом, где число деталей строго
ограничено. Он много работает с фрагментами окружающей среды: в проекте «Квадрат скорости» материалом для съёмки становятся элементы паркового пейзажа и детали каруселей. В результате рождаются образы, предельно далёкие от реальной натуры — сложные, почти «космические» виды с контрастным колоритом, отсылающие рителя к пространствам иных измерений.

Фонтанов не прибегает к использованию графических редакторов: все эффекты — результат классических инструментов аналоговой фотографии. Длинная выдержка создаёт ощущение сверхскоростного
движения. В процессе работы с негативом и классического монтажа возникает усыпанный звёздами небесный свод, на фоне которого детали каруселей выглядят как космические шаттлы. С помощью выдержки автор
воспроизводит оптическую иллюзию линейного или калейдоскопически рассыпающегося движения. Его главная тема — движение как буквальная фиксация и размышление о скорости стремительно меняющегося мира, а также о месте человека в нём: крошечной молекулы в вечной изменчивой бесконечности.

Пластически полученные образы близки живописи и коллажу советского художника Петра Беленка, чьи характерные работы появляются почти одновременно с рождением европейского фотореализма и американского гиперреализма. Беленок оставляет человека — маленького, оторванного от земли, одинокого или вместе с другими — помещённым в плоскость огромной межгалактической неизвестности. У Фонтанова вместо человека — головокружительная скорость, изысканность безлюдной пустоты, изящество оптических эффектов и бескрайнее чёрное звёздное небо. Такие идеальные структуры, построенные из образного минимума, в европейском искусстве перекликаются с практикой медитативного фотоанализа Майкла Кенна. Слишком упорядоченные для космической катастрофы, слишком футуристические, чтобы существовать в полном отсутствии человека, фотографии Дениса Фонтанова, как и снимки Кенна, тяготеют к живописи и графике. Автор нарушает характерную для фотографии устойчивую связь с реальностью, формируя собственную космологическую картину идеального хаоса, в котором существует человек.